Головченко не смог пояснить свои же показания по делу о взятках замгубернатору Курской области

В ходе допроса по делу Дмитрия Шубина и Алексея Дедова гособвинитель и адвокаты обратили внимание на ряд нестыковок в показаниях генерального директора ООО «Стройтехногрупп» Головченко. Свидетель либо пытался пояснить эти расхождения, либо признавал, что не может их объяснить.

Первое противоречие касалось процента отката. Изначально Шубин озвучил Головченко, что передавать нужно 10% от суммы контрактов. Однако на практике, по словам свидетеля, суммы были конкретными и не всегда соответствовали оговоренному проценту. «Звучала сумма, что нужно передавать 10%. Но впоследствии, когда реализовывались контракты, мы передавались... по его звонкам и уведомлениям разными... Озвучивались конкретные суммы. И они зачастую даже были больше потребностей», — показал Головченко.

Адвокат Шубина представил расчет по трем школьным контрактам (Субботинская, Солнцевская школы и Полевской лицей). Их общая стоимость составила 150 347 386 рублей, и 10% от этой суммы — около 15 миллионов рублей. Однако Головченко ранее указывал, что передал по этим контрактам 12 950 000 рублей. Свидетель пояснил это тем, что в общую сумму входили не только взятки чиновникам, но и вознаграждение самому Шубину. «Я в своих показаниях также обращаю внимание на то, что денежных средств передавались больше. И соответственно какие-то суммы... были за его [Шубина] услуги», — уточнил он. Речь шла о сумме около 500 тысяч рублей ежемесячно.

Следующее расхождение касалось конкретных цифр. Адвокат указал, что ранее Головченко говорил о передаче 4 миллионов рублей 13 апреля 2023 года, тогда как в обвинительном заключении фигурирует сумма 6 миллионов на ту же дату. На это свидетель ответил: «Сейчас я никак не готов это объяснить».

Также возник вопрос об эпизоде с 2 миллионами рублей от Зайцева — директора ООО «ЕвроКлимат 2000». Согласно показаниям от 15 января 2026 года, за три контракта было передано 2 миллиона, причем эти деньги взяли у Зайцева по одному из контрактов его фирмы. Головченко затруднился с ответом: «Не могу пояснить. Надо поднимать банковские выписки».

Адвокат Шубина поинтересовался, почему свидетель сообщил о передаче денег спустя более чем два года после инкриминируемых событий. Головченко ответил: «Не могу пояснить».

Судья уточнил у свидетеля разницу между пометкой «Спасибо» и оплатой услуг самого Шубина. «Скажите, вот, который вы упомянули, 500 тысяч рублей, да? Это было помимо вот этих 10%?» — спросил судья. Головченко подтвердил: «Да». На вопрос, было ли это связано с работой Шубина, свидетель также ответил утвердительно. Позже он пояснил, что в ежемесячные 500 тысяч входило как участие Шубина в строительстве, так и его посредничество.

Сам Дедов задал вопрос о своей роли в схеме. Он спросил, чувствовал ли Головченко от него какие-либо преференции. «Конкретно в коммуникации с вами я этого не чувствовал. Но мне при встрече с Дмитрием Викторовичем Шубин он заявлял, что моя организация обладает данными регалиями», — ответил свидетель. На вопрос, чем именно Дедов помог в конкурсе, Головченко сослался на слова Шубина: «Мне конкретно озвучивалось Шубиным, что в коммуникации с вами он решает рабочие вопросы и коммуницирует». О личном получении денег Дедовым свидетель знает «только с его [Шубина] слов».

Дедов также уточнил обстоятельства совещания по поводу обрушения потолка в школе, поинтересовавшись, была ли его жесткость связана с требованием восстановить школу к учебному году («В чем в тот момент я был не прав?»). Головченко это подтвердил, но добавил, что это было связано и с отказом платить: «Единственное, я почувствовал резкий разворот, как бы так, агрессию в свою сторону. После того, как отказался, озвучил, что не имею больше возможности передавать денежные средства».